20.10. Рим. Фонтан Треви. Первый облом.

Утром мы двинулись к двум главным римским аттракциям: Фонтан Треви (я) и Испанские Ступени (Чу). Погода выдалась прекрасная. Людей утром в понедельник было мало. Можно было идти не спеша и наслаждаться красотой, запечатлевая ее на телефон.

Первый облом нас ожидал у фонтана. Величественное произведение Н. Сальви было затянуто в леса, а один из слуг Нептуна взирал, как попрошайка на гору монет у его ног.

По соседству с ним трое слуг другого господина высасывали дары романтических лохов. По сведению Википедии, ежегодный улов муниципальных служб составляет около 700000 Евро.

19.10. Ночной Рим.

Люди собирались в толпы для того, чтобы поставить заслон собственной смерти. Влиться в толпу – значит спастись от гибели. Отстать от толпы – значит рисковать жизнью как отдельная личность, в одиночестве смотреть смерти в лицо. Главным образом, по этой причине толпы и собирались. Люди приходили, чтобы влиться в толпу.

Д. Делилло. Белый шум.

Когда мы вышли на веранду, Марри успел поведать сидевшему там хозяину пансиона о неисправном кране в ванной на втором этаже. Хозяин, дюжий краснощекий мужик, отличался таким крепким и несокрушимым здоровьем, что казалось, будто он прямо у нас на глазах переносит сердечный приступ.

– В конце концов он кран починит, – говорил Марри, пока мы шли к Элм-стрит. – Рано или поздно он чинит все. Он весьма умело обращается со всеми теми маленькими инструментами, принадлежностями и устройствами, о которых никогда не слыхали жители больших городов. Названия этих штуковин известны разве что в отдаленных поселениях, небольших городках да в сельской местности. Жаль только, что он такой расист.

– Откуда вы знаете, что он расист?

– Люди, которые умеют чинить сломанные вещи, как правило – расисты.

– Что вы имеете в виду?

– Вспомните всех, кто когда-либо приходил к вам домой что-то чинить. Они ведь все были расистами, правда?

– Не знаю.

– Они приезжали на маленьких грузовичках с раздвижной лестницей на крыше и каким-нибудь пластмассовым амулетом на зеркальце заднего вида – так ведь?

– Не знаю, Марри.

Д. Делилло. Белый шум.

Рим. Синагога. Транстевере.

Семь лет назад мы пытались попасть в красивое здание Римской Синагоге, расположенной на набережной Тибра, в период Песах, но нам было отказано в входе, несмотря на израильские паспорта и иврит. Мы отнесли этот инцидент на особые мероприятия, связанные с праздником и решили попытать свое счастье в октябрьские будни.

На ограде синагоги висели плакат с портретами трех израильских подростков, похищенных и убитых палестинцами в этом году, и постер с Роном Арадом – штурманом израильских ВВС, попавшим в плен Хизбаллы в Ливане в 1988 и с тех пор объявленный пропавшим без вести.

Все повторилось.

В то время, как в синагогу проходили нарядно одетые люди, дорогу нам перегородил суровый карабинер и сказал, что вход туристам запрещен.

 

Недоумевающие и обиженные мы пересекли Тибр и прошлись по особо не впечатляющим улочкам Транстевере, который по утверждению Чу должен был напоминать тель авивский Неве Цедек.

Перекусив в одном из немногих открытых в этот час кафе, мы решили вернуться в центр города через Еврейское Гетто и пройтись по местам, запомнившимся нам по прошлому визиту, включая гостиницу на улице Серпенти и полюбившуюся нам пиццерию на улице Кавур.

19.10. Рим. Прибытие. B&B. Piazza Venezia

На определенном этапе мы вышли на лишенную шарма скоростную трассу, которая привела нас в Рим. От прошлого визита семилетней давности у нас осталась травма от езды по римским улицам в качестве пассажиров такси. Такого пренебрежения законами дорожного движения и динамической физики я не встречал даже в СНГ. Не скрою, что в качестве водителя у меня имелись некоторые опасения. (Следует отметить, что вождение по Северной Италии, Тоскане и Умбрии прошло абсолютно гладко). К нашему счастью, мы въезжали в Рим в воскресенье, когда траффик был спокоен, как спящий младенец. Мы добрались до Термини без осложнений, вернули машину и поехали на метро до Коллизея. В отличие от римских дорог, Коллизей и прилагающий к нему Форум были битком забиты публикой.

Адрес, по которому находилась наша ночлежка оказался в 2 минутах ходьбы от Коллизея – в полном соответствии с информацией на сайте. Никаких признаков отеля или B&B на запертой двери жилого дома не наблюдалось. После тщательного изучения звонков на домофоне мы обнаружили надпись Vesta Domus с номером телефона. После нескольких безуспешных звонков в домофон мы набрали номер телефона. Мне ответил мужик, который был удивлен нашим появлением и обещал прибыть через 10 минут. Когда он пришел с запахом пота через 25 минут наши возмущения по поводу его отсутствия (после того, как он задолбал нас своей перепиской и обещанием ожидать нас в назначенное время – мы прибыли вовремя), разбились о его невозмутимую улыбку и убогий английский. Человек провел нас на второй этаж, где за массивной дверью находилась квартира, разделенная на 4 отдельные комнаты, расположенных по обе стороны узкого коридора. Комната была чистой и аккуратной, размером несколько меньше, чем на картинке на сайте, с мебелью из ИКЕА и окном на улицу и футбольную площадку. В конце коридора была кухня с кофейной машиной, чайником, круассанами и пирожными в упаковках и корзиной с фруктами. Завтраком – это можно было назвать только с очень большой натяжкой, но комната нас устраивала, месторасположение было великолепным и мы решили сфокусироваться на плюсах. После завершения процедуры поселения мы наконец-то вышли в город.

Первым делом мы пошли вдоль Римского Форума на Пьяцца Венеция.

* Все фотографии в Риме сделаны на смартфон.

Freedom Rider

Orvieto

Все дороги, как известно, ведут в Рим. И вовсе не обязательно выбирать скоростную и платную А1. Особенно, если никуда не торопишься. За два дня до нашего прибытия в Вечный Город у нас завязалась интенсивная и довольно бестолковая переписка с представителем B&B, который Чу заказала в Риме. Он желал знать время нашего поселения – просьба не совсем обычная, но он объяснил, что ради нас придет специальный человек. Мы написали, что будем около 15:00. Тогда пришло следующее сообщение, выясняющее что именно мы имеем в виду: прибытие в аэропорт или в гостиницу. Ясное дело, в гостиницу. На всякий случай, он перезвонил Чу, которая повторила ему на его нищем английском и на своем бедном итальянском, что речь идет о поселении в гостиницу. Нас поблагодарили и мы догадались, что нас ждут.

До трех часов у нас было куча времени и мы решили посетить еще одну жемчужину Умбрии – Орвието.

Как вы уже догадываетесь, внутри города-крепости путник обнаружит все ключевые элементы средневекового градостроительства, включая очередной, ошеломляющий  “полосатый” готический Duomo.

На пути к более детальному знакомству с явно заслуживающим того Собором у нас возникло три препятствия: аккумулированная усталость, желание сохранить энергии для Рима и какая-то церемония помощи больным и инвалидам, проходившей в момент нашего визита внутри и перед Собором.

Неожиданный орнамент мостовой Соборной Площади

Выехав из города мы неоднократно бросали взгляд на его красивые острые контуры с петляющей среди холмов дороги.

19.10. В Рим!

После завтрака снова пришлось рубить корни, толщина которых увеличилась за счет интенсивности общения с Розой и красотой здешних краев.

За три дня мы успели познакомиться с мужем (имеет друзей-израильтян) и сыном (безработным архитектором из Рима – кризис, все стремятся перебраться в Лондон) хозяйки, улучшить итальянский Чу и английский Розы (скачала по моей рекомендации Duolingo). В стоящей в стороне вилле с ее кипарисами и пейзажами я готов бы оставаться надолго для успокоения нервной системы за чтением и написанием книг (ххх…). Только один раз мы видели еще одних постояльцев, чье пребывание в доме прошло для нас почти незамеченным.

Грусть расставания скрашивала мысль о переезде в Рим, которую мы смаковали все слаще и сочнее по мере приближения события. Мы тепло попрощались с Розой, пообещали вернуться и выехали в утренний туман.

Taverna del Perugino

Наш последний вечер в Умбрии нам хотелось отметить хорошим ужином. На этот раз мы решили взять ситуацию под контроль и не полагаться на чужие советы. Мы окунулись в интернет и вынырнули оттуда с названием пиццерии в Читта делла Пьеве, мимо которой мы проходили несколько раз, не придавая ей особого значения. Восторженные отклики в Trip Advisor настораживали (я подозревал, что их писал сам хозяин заведения), но в то же время, вызывали любопытство.  я позвонил, чтобы заказать столик и после нескольких попыток общения на английском передал трубку Чу.

Место оказалось очень приятным – небольшой зал в народном итальянском  стиле, постепенно заполняющийся людьми. Превалировал итальянский язык, туристов мы не замечали. За соседним столом мужик получил кальцоне размером с подушку. Сначала я похихикал, делая ставки на то, сможет ли он справиться с ним сам или позовет на помощь сотрапезников. На последних не особенно приходилось рассчитывать, так как у каждого, включая детей на тарелке лежало по пицце, размером с циферблат на Биг Бене. Но, движимый гремучей смесью голода и любопытства тут же заказал такой же.

Ле Гранд Кальцоне. (Вилка стандартного размера)

К собственному удивлению, я не только расправился с гигантским кальцоне в одиночку, но и не чувствовал в итоге ни тяжести в животе, ни чувства вины в душе. Тесто в кальцоне оказалось тонким, как китайский шелк – оно не тяготило живот и не отвлекало вкусовые рецепторы от начинки (сыры, баклажан и грибы).

Чу имела удовольствие от жаркого из дикого кабана.

Я высказал гостеприимному хозяину свое восхищение и посыпая голову пеплом признался в своем недоверии к отзывам в Trip advisor. Думаю, что из всего сказанного он понял только последние слова, так как немедленно вручил нам визитку сайта с просьбой дать положительный отзыв (сделано).

Шабат шалом!

Эльад Вильк -" Аль Магор"