9 Мая

3 дней не дожил Дед до Дня Победы - самого важного для него праздника. Важнее дней рождений его детей, внуков и правнуков, которые он помнил наизусть и был первым кто будил нас в эти дни с поздравлениями. Важнее Судного Дня, которого он - внук раввина, опасался меньше, чем разочарования ветеранов из ашдодского комитета в котором он был зампредом. Да и нечего ему было опасаться гнева небесного - совесть его была чиста.

Из всего нажитого за долгую, сложную и активную жизнь, только о двух вещах беспокоился Дед - о своем пиджаке с орденами и 24 фотоальбомах, за которыми он следил как за сокровищем. Ибо в них память. Альбомы он завещал поделить поровну между детьми и внуками. А пиджак (китель не пережил годы и эмиграцию) велел передать Д. - единственному правнуку мужского пола - продолжателю фамилии.


В первый День Победы без Деда Лени - его гражданский китель одиноко висит, позванивая медалями на сквозняке.

Дед Леня ז"ל

Сегодня утром, после двух пережитых инсультов умер дед Леня. יהיה זכרו ברוך.
Похороны состоятся завтра в 12:00 в Ашдоде.

17.12.1920 - 6.5.2008

Актуальность

Вчера на встрече с 11-тиклассниками (2-3 года в стране) один ученик выражал свое разочарование Израилем по причине того, что Шарон вернул арабам Кинерет. После короткой дискуссии кто-то объяснил непутевым согруппникам, что Шарон все же вернул Газу.
- А кому? - поинтересовался кто-то.
Оказалось, что палестинцам.
-Так что, теперь Газа не наша? - возмущенно удивился он.

Немного позже, прощаясь с "русскими" директором школы и воспитателем группы я поздравил их с наступающим.
- С Днем Победы или Днем Независимости? - абсолютно искренне поинтересовался воспитатель.

Только вторые

Вчера состоялась последняя игра Д. в этом сезоне. Все взгляды были устремлены на север, где в хайфском приогороде местная команда принимала Лев аШарон, опережаюших наших на 1 очко. В случае их поражения команда Д. поднималась в высшую лигу на следующий сезон. Победа же команды Д. в домашнем матче против слабейшей команды лиги не вызывала сомнения. Мотивации у игроков было очень мало. Торжественно отметить окончание, в общем, удачного сезона помешала внезапная смерть отца одного из игроков. Ребята играли с черными ленточками и на трибунах было непривычно тихо.
В итоге команда Д. выиграла битву, но проиграла войну. Лев аШарон разгромили своих соперников на севере и вышли в высшую лигу. А Од аШарону осталось зализывать раны и сожалеть об упущенной возможности.
Насчет следующего сезона еще ничего не ясно. В Од аШароне хотят чтобы Д. продолжал играть в их молодежной команде и параллельно выступать со взрослыми. Мы проверяем разные варианты и готовимся к переговорам.

Финал

Через пять минут начинается финал Евролиги. Мы с Чу как порядочные граждане болеем за Маккаби. А юный Д. - за ЦСКА (!). И не потому что в нем проснулись гены его русских предков, а потому что, как настоящий болельщик Апоэль Ерушалаим он против всего желтого.

UPD. ЦСКА выиграли 91-77. Д. постарался.

Human nature

"A thousand vague and lachrymatory fancies took possesion of my soul -- and even the idea of suicide flitted across my brain; but it is a trait in the perversity of human nature to reject the obvious and the ready, for the far-distant and equivocal."* (E. A. Poe. Loss of Breath)

* "Сотни смутных, печальных фантазий теснились в моем мозгу, и на мгновение у меня даже мелькнула мысль, не покончить ли с собой; но такова уж извращенность человеческой природы - она предпочитает отдаленное и неясное близкому к определенному." (Эдгар Алан По. Без дыхания. Перевод М.И. Беккер)

92:85

Еще один израильский тренер в европейском финале - Цвика Шерф, после убедительной победы Маккаби над итальянской Сьеной. Соперник определится в матче ЦСКА - ТАУ, который стартует через 35 минут. Будем болеть за ТАУ.

UPD. Победил ЦСКА. Нас ждет классический финал.

Ее борьба

Сперва я думал, что привязанность Чу к "русским" магазинам обусловлена чисто колбасным интересом с примесью ностальгических моментов, напоминающих ей о недавнем детстве. Однако со временем я стал замечать, что материальная составляющая играет в этом явлении весьма второстепенную роль. После посещения "русских" точек Чу обычно возвращалась сияющая, в приподнятом состоянии духа и возбужденно расказывала об очередной победе над местными продавщицами. Оказывается, что во время простой экономической трансакции над прилавком сыро-колбасного отдела Чу вела бой с остатками советской системы на Святой Земле. Каждый раз, сталкиваясь с рудиментами советского сервиса, проявляющимися в подходе "продавец всегда прав" и "скажи спасибо, что я существую, иначе перебивался бы хумусом и кошерными сосисками", Чу активно отстаивала свое право на гуманное обслуживание. Осознавая в себе мощный лидерский потенциал и неисчерпаемые запасы харизмы Чу не только заботилась об удовлетворении своих мелко-буржуазных потребностей, но смело вставала на защиту униженных и оскорбленных товарищей по несчастью потребителей, пытаясь сформировать у последних классовое самосознание и активную гражданскую позицию. Не раз Чу возвращалась домой, сжимая в руке пакеты с "Полтавской" колбасой, кабачковой икрой и мороженным "Киевское" (три по десять), и с восторгом рассказывала мне о еще одном благодарном взгляде (на слова все еще не осмеливаются) отбитого ею из лап продавщиц угнетенного потребителя.
Отбросив оковы диалектического материализма и вооружившись постулатами гегелевского идеализма, она пытается, путем воздействия на сознание обоих классов, добиться изменения бытия в отдельно взятых "русских" торговых точках.
В случае локального успеха следует ожидать революции по всей стране. Перефразируя знаменитую песню - First we take Kfar Saba, then we'll take Ashdod!

UPD. Чу обратила мое внимание на то, что я на эту тему уже писал. Действительно, в разделе "их нравы" обнаружился этот пост. Несмотря на поразительное сходство двух постов, их сравнение позволяет проследить развитие классового сознания у Чу и постепенное движение от эгоизма к альтруизму в ее мотивации.

Наши

Вчера вечером, 63 года после Холокоста мы с Д. смотрели по немецкому каналу как в течении 120 минут два израильтянина боролись за европейскую корону. Йоси Бенаюн сделал потрясающий проход в глубину синих рядов, приведший к ответному голу Торреса. А Аврам Грант выиграл игру и поедет в Москву на финал Champions League.
Голос немецкого коментатора на заднем фоне неприятно резал слух.

Год дал, Год взял

Я терпеть не могу chain-letters в любом их проявлении. Не важно, что они сулят: постоянную эррекцию, 70 девственниц, миллион денег или уничтожение всех моих близких в случае неповиновения. У всех судьба одна - recycle bin, без права на аппеляцию. Есть, правда, исключения из правил - просьбы о поиске близких, группы крови или предостережения о мошенничестве.

Сегодня, в канун Йом аШоа (День Памяти Жертв Холокоста) я получил очередное возвание распространить в сети напоминание о шести миллионах погибших. Моя рука дрогнула. Но текст обращения не оставлял мне выбора:

"Send this message to everyone you know who is Jewish. If we reach the goal of reaching six million e-mail names before May 2, we will fulfill and give back to G-d what He gave to us: 6 million Jews who are alive today who remember those who perished."

What G-d has to do with it?

И я отправил послание назад к Создателю - в бездонную пустоту Recycle Bin.

Real economics

После основательной проверки рынка мы решили брать машканту* в родном банке Дисконт - 55% ссуды под постоянный процент 3.41 с привязкой к индексу на 15 лет и 45% под Prime-1.17 (3.58%) на 25 лет. За пару дней я освоил жанровый сленг ипотечных ссуд и надеюсь, что сделал правильный выбор. Знания, полученные мною на курсе "Экономика для неэкономистов" на факультете общественных наук оказались абсолютно бесполезными на практике.

* ипотечная ссуда

Спонтанность

Сегодня после обеда Д. непринужденно обронил у меня за спиной, что завтра у него тиюль шнати*. Я не успел еще выразить свое удивление неожиданной новостью (ничего не готово!), как Д. обрушил на меня следующую - он с несколькими соратниками не едет в тиюль в знак солидарности с забаненым (в наказание за взрыва пистонов на уроке) другом. Вместо организованного классовым врагом (школой) заключительного похода, юные нонконформисты отправятся в альтернативную поездку в Эйлат.
- Когда же?
- Через два дня.
Проверка по календарю показала, что последний день поездки попадает на Йом аШоа**. После длительного спора о морали, ценностях и неуместности пребывания в такой день в Эйлате, Д. обещал взвесить все заново. Он звонит ответственному за организацию кампании чтобы обсудить создавшуюся ситуацию. Из разговора с приятелем выясняется, что поездка в Эйлат намечена не через два дня, а через два часа (!). Сборы были быстрыми. Отец одного из ребят помог им заказать гостиницу назавтра. Я подрядился подбросить треть отдыхающих до Тель Авива на последний, ночной эйлатский автобус. По дороге мы подобрали У., вернувшегося этим утром из Италии и не имевшего представления ни о чем.

* Годовой поход - главное неформальное событие учебного года, продолжительностью 2-3 дня.
** День памяти Холокоста