А в это время …

 

в связи с приходом весны на Украину, 2й сменила лыжи на колеса.

О фильтровании базара

Отец вырезал для меня статью о нашем проекте из какой-то третьесортной русскоязычной израильской газеты. Как обычно, статья содержала лишь неглубокие мысли автора, на подкрепления которых он не потрудился выйти за пределы личного опыта и сетевого поисковика, выбросившего к его ногам пару интернетовских отрыжек. В так называемой статье не было ни одного имени, интервью и прочих мелочей, именуемых в журналистике фактами и источниками. А зачем? Ведь народ, вернее та его отсталая часть, которая  не грузится критическим восприятием реальности, итак хавает.

В этой связи у меня с отцом вновь возник вопрос о поиске истины. В его поколении поначалу все было черно-белым: если сказали по ТВ или напечатали в газете, значит правда (так газета и называлась). В нашем поколении все было с точностью наоборот.

Сегодня понятия правды и объективности значительно расширились и затушевались. Например, в список привычных тому поколению, надежных источников добавился интернет. Теперь достаточно какому ни будь умнику сформулировать свои идеи в псевдо-объективном формате исторической правды (без единой ссылки на источник, а только упоминанием “участника событий”, “высокопоставленного чина”, некоей (без имени) газеты или журнала, и т.п.) и разослать этот бред всем своим подписчикам, как новость, распространяемая в факториальной прогрессии, становиться правдой на основании количественного фактора.

Документальные (все подаваемое от первого лица, без видимых посредников) приобретают вес объективной реальности, потому что это “не Голливуд” и выглядит настоящим. Люди позволяют себе забывать о том, что “документальное” не является антонимом “субъективного”. Все что начинается со слов “по результатам исследования \ опроса" или “врачи \ психологи \ инженеры \ генералы … рекомендуют \ считают \ пришли к выводу” моментально помещают любое мнение в разряд научного факта. Особенно, если в материале о нем, отсутствуют ссылки на реальные источники.

На отцовский вопрос “а что же делать?” можно ответить лишь декартовским “ставить под сомнение” и народным “фильтровать базар”. В 21 веке и в свои 40 + мы не можем требовать обладания истиной. Я пришел к выводу, что в жизни существует очень ограниченное количество вещей о которым я могу доверять с большой долей определенности. Зато есть бесконечное количество вещей и явлений, в отношении которых я могу сказать либо “я этому не верю” либо “у меня нет достаточно оснований для того, чтобы этому верить”. А это не так уж и мало.

All about records

And he [Mick Jagger] was carrying this stuff. "Where the hell did you get this?" It was, always, all about records. From when I was eleven or twelve years old, it was who had the records who you hung with. They were precious things. I was lucky to get two or three singles every six months or something.

K. Richards. Life

В мои советские восьмидесятые все было так же. За тем лишь исключением, что даже имея деньги, мы не могли покупать новые синглы и альбомы, читать свежие новости в NME или ходить смотреть молодых Битлов или Роллингов.

Our Idiot Brother*

Прекрасная ироническая комедия о наивности и искренности в наших отношениях, женщинах, мужчинах и семье. Все в правильных пропорциях, без лишнего шмальца и главное, смешно.

ШШШ

* Мой придурочный брат**\  אחינו האידיוט

** Почему-то в русском переводе брат из "нашего" стал "моим". Видимо, в силу демографических особенностей местных реалий.

I might not have wanted to be Elvis, but I wasn't so sure about Scotty Moore. Scotty Moore was my icon. He was Elvis's  guitar player, on all the Sun Records stuff. He's on "Mystery Train," he's on "Baby Let's Play House." Now I know the man, I've played with him. I know the band. But back then, just being able to get through "I'm Left, You're Right, She's Gone," that was the epitome of guitar playing.

K.Richards. Life

Roth vs. Roth

הסופר שהוגדר כיהודי אנטישמי פותח את הפה .

Roth v. Roth v. Roth .

Then, "Since my baby left me" - it was just a sound. It was the last trigger. That was the first rock and roll I heard. It was a totally different way of delivering a song, a totally different sound, stripped down, burnt, no bullshit, no violins and ladies' choruses and schmaltz, totally different. It was bare, right to the roots that you had a feeling were there but hadn't yet heard. I've got take my hat off to Elvis for that. The silence is your canvas, that's your frame, that's what you work on; don't try and deafen it out. That's what "Heartbreak Hotel" did to me. It was the first time I'd heard something so stark. Then I had to go back to what this cat had done before. Luckily I caught his name. The Radio Luxemburg signal came back in. "That was Elvis Presley, with 'Heartbreak Hotel.' Shit!

K.Richards. Life

О значении интеллигенции в пре-, советском и пост-советском обществе в интересной статье Ольги Туханиной, провинциальной домохозяйки.

via  met0

Being an only child forces you to invent your world. First you’re living in a house with two adults, and so certain bits of childhood will go by with you listening almost exclusively to adult conversation. And hearing all these problems about the insurance and the rent, I’ve got nobody to turn to. But any only child will tell you that. You can’t grab hold of a sister or a brother. You go out and make friends, but playtime stops when the sun goes down. And then the other side of that, with no brothers or sisters and no immediate cousins in the area – I’ve got loads of extended family, but they weren’t there – was how to make friends and who to make friends with. It becomes a very important, a vital part of existance when you’re that age.

(…)

But at the same time it makes you grow up. In that you’re basically exposed to the adult world unless you create your own. The imagination comes into play then, and also things to do by yourself. Like wanking.

 

K.Richards. Life

Борис Рыжий

Погадай мне, цыганка, на медный грош,
растолкуй, отчего умру.
Отвечает цыганка, мол, ты умрешь,
не живут такие в миру.

Станет сын чужим и чужой жена,
отвернутся друзья-враги.
Что убьет тебя, молодой? Вина.
Но вину свою береги.

Перед кем вина? Перед тем, что жив.
И смеется, глядит в глаза.
И звучит с базара блатной мотив,
проясняются небеса. 

 Б.Рыжий

Случайно попали на  YES Радуга на прекрасный фильм о трагической судьбе свердловского поэта Бориса Рыжего (его поколения и страны), снятого Аленой Ван дер Хорст (Голландия). Несмотря на концентрированный депресняк, который обрушивается на зрителя с экрана, мы не могли оторваться от фильма. В основном благодаря близким поэта - интереснейшим и тонким натурам, операторской и режиссерской работам, и стихам Рыжего, звучащих на всем протяжении фильма в авторском исполнении.

 Zeppers Films
Автор сценария: Алена ван дер Хорст
Режиссер: Алена ван дер Хорст
Оператор: Маша Оомс, Алена Ван дер Хорст
Продюсер: Франк ван ден Енгел
Продолжительность: 60 мин

A.S. История Рыжего - это история российской интеллигенции, брошенной обстоятельствами  в пролетарский район с урками на срок в три поколения. Кто-то выжил и отточил свои поэтические и экзистенциальные рецепторы. Но большинство не вынесло того всепоглощающего чувства вины и покинули свою страну или этот мир.

ШШШШ

17 filles

I imagined everything. I never thought it would happen.

K.Richards. Life