Аркан Карив - Владимир Даль разговорного иврита, (его колонкой в "Вестях" я зачитывался на заре эмиграции) выпустил на "Букнике" проект "История Израиля в иврите". Предлагаю вам первые четыре выпуска сериала:
понедельник, марта 22, 2010
Перед прыжком
Вчера просидел весь день дома. Даже мусор не решился вынести. Вошел в состояние барокамеры и ожидал пока установится баланс давления, усталости и температур. И лишь вечером, Чу вытащила меня на прогулку в парк. Лето, объявленное выше, оказалось преждевременным. По вечерам холодно, около 12 градусов. Я долго не мог согреться, несмотря на быстрый шаг.
Разговаривал с Д. по телефону. В конце беседы он спросил когда я возвращаюсь в Израиль.
Сегодня поеду в супер и на базар, окунаться в действительность. Зажимаю нос пальцами и зажмуриваюсь перед прыжком.
воскресенье, марта 21, 2010
Киев. Хельга
Дополнительный бонус последней поездки – это всегда красивый Киев и прогулки по нему с Хельгой, проживающей в пяти минутах от моей гостиницы.
“7 Пятниц”
Новая программа на киевском канале ТВ
Зажигательное трио на м. Хрещатик
кафе “Каффа”
с А. – хельгиным старшим
снова в “7 Пятниц”
почти все фото: Хельга
У непосвященного читателя может создаться ложное представление о моей командировке. На самом деле, 80% времени мы работали не покладая рук. В этом году было рекордное количество детей в рекордно короткий срок. Два тестирования в Киеве я провел с хрипящим, еле слышным голосом. Единственное, что спасало - это хороший коллектив и интересные дети, сверкающие на общем фоне нестандартным мышлением.
В одном из групповых тестирований у нас закончились трубочки, из которых дети строят животных. Тогда я предложил им построить башни из пластиковых стаканчиков. Одна из двух башень, более крепкая на вид, рухнула от движения воздуха, когда я проходил мимо. Одна девочка не растерялась и заметила, что их башня является олицетворением мировой экономики - стойкой на вид, но потерпевшей крах при первом серьезном кризисе. Другой "брилльянт" заметил на вопросы психолога, что это не красиво "совать свой нос в чужую картошку". Еще один, ответил на вопрос "В каком направлении нужно ехать из Сочи в Москву?" - "В западно-восточном".
Работа преследовала нас и вне рабочего сеттинга. Р. стал автоматически интерпретировать анекдоты, а я приставал к А. - старшему хельгиному сыну с вопросами из WISCR. На выходе из "Вареничной Победа" я провел ему импровизированный тест на интеллигенцию, спрашивая о функциях бытовых приборов советского периода, выставленных на входе в вареничную. А. блестал эрудицией, не стушевавшись даже перед магнитной лентой для бобинного магнитофона.
Вывалили из Вареничной №1, закурили в ожидании такси. Подходит ко мне мужичек пьяненький, просит сигарету. Даю сигарету, зажигаю спичку. Он благодарит и хочет общения. Говорит, что с киностудии Довженко. Ничего серьезного и связанного с деньгами. Оператор. Фамилию тут же забыл. Предлагает записать его телефон. Я вежливо игнорирую, объясняю, что я не здешний. Он настаивает. Подходит А. Он предлагает ей записать его телефон. А., оглянув его, отказывается.
- Почему?
- Не хочу.
- ... Интересно ...
- Что вы за люди, мужчины. Как только вам женщина отказывает, так сразу становится интересно?
Пьяный Довженко стойко принимает удар и пытается влезть с нами в такси.
Лыбидь
О. рассказывает: "Еду вчера в лифте на завтрак в пижаме и тапочках, нерасчесаная. Заходят две проститутки. Одна другой жалуется: “Что-то у меня пизда болит”. Та ей делает глазами на О. “Она по-русски не понимает. посмотри на нее, как она выглядит.”"
Две Ольки
В Киеве меня встретили две Ольки, которые тут же взяли на себя материнские роли, следя за моим внешним видом и не позволяя мне сидеть на сквозняке, снимать шапку и кушать мороженное. Мои протесты и угрозы не возымели никакого эффекта. 
Гуляли по Киеву и 90% времени говорили о детях, коими у всех есть основательные причины гордиться. Чем мы, собственно и занимались, с перерывами на мелочное родительское ворчание и требование Олькиз застегнуться.
Посетили “Великий скульптурний салон” в выставочном зале напротив Киевской Филармонии. В первом зале были работы местных авторов народно-языческих мотивов из грубо обработанного дерева.
слоновую кость, медь и крокодилью кожу в страстном порыве Арт-деко. К сожалению, почти все работы стояли вплотную к стенке и не позволяли рассмотреть их со всех сторон.
В третьем зале, для полного контраста, нас встретили чугунные бабы Григория Крука с их соцреалистической угрюмостью, наивностью и могучим эротизмом.
Ольказ отбыла домой, оставив мне красивый глиняный набор, который вскоре будет заполнен свежим лимончелло (спасибо, ребята!) и передав заботу о моем пошатнувшемся здоровье в тонкие, но цепкие руки Хельги.
Спасибо, дорогие Ольки! Я был окружен заботой и красотой! Среди многочисленных желаний, загаданных мною среди вас, было о том, чтобы такие встречи происходили чаще, и не только на вашей территории.
Кавказ
Перед отъездом из Львова, посетили армянский ресторан “Кавказ”, по наводке принимающей стороны. Харчо оказался отменным, но в мясных блюдах (названия не сохранились) нам понадобилось немало усилий, чтобы отделить мясо от маслов, костей и прочих малосъедобных органов.
Мне уже приходилось вести обсуждения на трех языках. В это раз мы побили рекорд. С нами был мой израильский босс, говорящий только на иврите и английском, двое русскоязычных психологов из Израиля (русский\иврит), Я. – психолог из Кишинева (русский\английский), и ваш покорный слуга – единственный в делегации, понимающий украинский. Многие тесты были написаны на украинском и мне приходилось переводить их на русский и иврит. Когда мы запарились переводить все на русский\иврит\английский, решили перейти на последний, с тем чтобы все понимали без перевода. Но тут обнаружилось, что О. не достаточно хорошо владеет английским. КПД обсуждений стремилось к нулю. Не раз, в течении этой поездки я был благодарен судьбе за изучение в школе украинского. Нет такой вещи, как лишний язык.
Сеня Кацман - украинский жид
Интервьюировал рыжего Сеню Кацмана, страдающего от антисемитской травли своих одноклассников. Выяснилось, что Сеня – еврей только по отцовской линии, одарившей его рыжей головой и яркой фамилией. Когда я спросил, знает ли он о том, что в Израиле его будут считать украинцем, и увидел его удивленные глаза, мне стало не по себе.
Может ли быть более абсурдная ситуация в длинной еврейской истории?
Киев-Львов
Я не люблю писать вдогонку. Слишком много материала разгребать, эмоциональная окраска поблекла, кое-что забыто. Поэтому отмечу лишь основные моменты, чтоб было что вспомнить старому склеротику через пару дней лет.
Летели в Львов из Борисполя на изящном, напоминающем щуку, бразильском (по утверждению Я.) самолете. С нами по трапу поднимались баскетболисты команды Кривого Рога. “Бедные увальни”, – поделился я с Я. “Как они втиснут тело жирное в утесах свои ноги между сидениями?” “Бедные мы,” – ответил Я. с болью в лице, - “Если они откинут спинку сидения, нам конец”. Полет прошел гладко и быстро. Час, вместо ночи на полке поезда.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)