На расстоянии семидесяти лет и трех дней и пятидесяти километров от Д. живет его прадед Л. Сегодня дед Л. отмечал свое 86 - летие. Первый свой ДР вдовцом, без бабы М.
Я, пользуясь свободным днем, поехал к нему в Ашдод. Наше праздничное времяправождение разделялось между визитами к врачам и в рестораны. Но это лишь в плане формы. В отношении содержания мы все время интенсивно занимались
каталогизацией.
Со своей стороны, я пытался по-менделеевски упорядочить разношерстную ораву дедовских таблеток в правильную систему приема. Для этих целей я приобрел пластиковую коробку с
семью выемными отделениями, каждое из которых разделено на четыре кармашка («утро», «день», «вечер» и «ночь»). В каждый из таких кармашков я вкладывал таблетки – маленькие и побольше, круглые и овальные, белые,
оранжевые и
красные. В итоге, в каждой клетке периодической таблицы образовалось пугающее количество химикалий, с виду напоминающих безобидную горку “M&M’s”. Жить стали больше, жить стали тяжелее.
С высоты своих восьмидесяти шести, дед Л. пытался максимально упорядочить разрозненные моменты своей биографии, в
рамках передачи наследия грядущим поколениям. Дед пытался спасти, еще не съеденные склерозом и таблетками воспоминания, среди которых мелькали семейные, служебные и фронтовые эпизоды. Девяносто девять процентов этих историй я уже слышал при каждой нашей встрече. Однако я не останавливал привычный дедовский даунлоад, пытаясь выудить из него новые детали. (Рассказывая о своем гастрономическом опыте в СССР, дед употребил выражение «питались в ресторанах».)
Почти пол-года минуло со смерти бабы М., но дед продолжает использовать слово "мы" в настоящем, отмахиваясь могучим местоимением от жестокого одиночества.
Мазаль тов!
* каталогизация (ивр.)
