Хозяин нашей квартиры йеки* по происхождению и инженер по профессии. Бледные нервные оконечности далеких тевтоно-саксонских генов обрекают их носителя на болезненный путь экстремальной педантичности и дисциплины. Приобретенные инженерные навыки толкают его на скользкую стезю неисправимой бытовой самодеятельности и энтузиазма.
Когда мы въезжали в квартиру, Эхуд (так зовут героя) с торжественной гордостью демонстрировал нам лоджию, превращенную в домашнюю мастерскую с тисками и развешанным в строгом порядке на стене арсеналом разнокалиберных инструментов. Он настаивал на том, что все в доме сделано его руками и хвастался медным краном собственного производства в умывальнике.
Медный кран нам пришлось заменить вскоре после въезда в квартиру ввиду полной неприспособленности последнего к употреблению в быту. Сдерживая слезы и скрипя зубами Эхуд уносил под мышкой безжизненное тело крана с торчащими из бронзового торса венами-трубками.
Впоследствии Эхуд не раз вызывался собственноручно устранять возникшие неполадки, приговариваяая нас к неизменному рецидиву своего возвращения на место преступления. Краны по прежнему капали, жалюзи провисали, сливной бочок ("ниагара") страдал от недержания воды.
Говоря об Эхуде с Чу я невольно напрашиваюсь на комплимент:
- Ты хотя бы не берешься за то что не умеешь.
Я скромно притупляю сияющий взгляд.
* выходец из Германии
